Иван Александрович Ильин. О грядущей России -
4 >
предается своим дурным страстям и может еще покаяться и обратиться; но
человек, в которого, по слову Евангелия, "вошел сатана", -- одержим чуждой,
внечеловеческой силой и становится сам человекообразным дьяволом.
Демонизм есть преходящее духовное помрачение, его формула: "жизнь без
Бога"; сатанизм есть полный и окончательный мрак духа, его формула:
"низвержение Бога". В демоническом человеке бунтует необузданный инстинкт,
поддерживаемый холодным размышлением; сатанический человек действует как
чужое орудие, служащее злу, но способное наслаждаться своим отвратительным
служением. Демонический человек тяготеет к сатане: играя,
наслаждаясь,
мучаясь, вступая с ним (по народному поверию) в договоры, он постепенно
становится его удобным жилищем; сатанический человек утратил себя и стал
земным инструментом дьявольской воли. Кто не видал таких людей, или, видя,
не узнал их, тот не знает исконно завершенного зла и не имеет
представления
о подлинно дьявольской стихии.
Наши поколения поставлены перед ужасными, таинственными проявлениями
этой стихии и доселе не решаются выговорить свой жизненный опыт в верных
словах.
Мы могли бы описать эту стихию, как "черный огонь"; или определить ее
как вечную зависть, как неутолимую ненависть, как воинствующую пошлость, как
беззастенчивую ложь, как абсолютное бесстыдство и абсолютное властолюбие,
как попрание духовной свободы, как жажду всеобщего унижения, как радость от
погубления лучших людей, как анти христианство. Человек, поддавшийся
этой
стихии, теряет духовность, любовь и совесть; в нем начинается разложение и
разнуздание, он предается сознательной порочности и жажде разрушения; он
кончает вызывающим кощунством и человекомучительством.