Петр Григорьевич Григоренко. В подполье можно встретить только крыс... -
84 >
Я не верил этим рассказам. Считал, что с Ново-Спасовкой так поступить
не могут, поскольку село это героическое. Оно в 1918 году восстало против
белых и сопротивлялось около восьми месяцев. Вызволила его из окружения
армия Махно. И село отблагодарило "батьку", дав в состав его армии два
хорошо вооруженных и закаленных в боях стрелковых полка. Вот потому и не
верилось. Думалось, как же может революционная власть так поступать с
борцами за революцию. Но все оказалось, как я узнал впоследствии, правдой. В
Ново-Спасовке был расстрелян едва ли не каждый второй мужчина. Власти
рассудили иначе, чем я. Они думали, что те, кто восстал против белых, могут
восстать и против красных. И упредили эту возможность массовыми расстрелами.
Но вот феномен. Мы все это слышали, знали. Прошло два года и уже
забыли. Расстрелы белыми первых советов помним, рассказы о зверствах белых у
нас в памяти, а недавний красный террор начисто забыли, хотя ЧК у нас в селе
расстреляла семь ни в чем не повинных людей-заложников, в то время как белые
не расстреляли ни одного человека. Несколько наших односельчан побывали в
плену у белых и отведали шомполов, но голову принесли домой в целости. И они
тоже помнили зверства белых и охотнее рассказывали о белых шомполах, чем о
недавних чекистских расстрелах.
В общем, расхождений с властью у меня не было. Власть была наша,,
родная, и я был предан ей всей душой. Первое, что потребовалось от нас,
комсомольцев - помочь власти собрать только что введенный новый налог -
трудгужналог. Люди еще не успели оправиться от гражданской войны и
разрушительных последствий продразверстки. Только год прошел со дня введения
НЭПа, замены продразверстки продналогом, а власть уже нарушает собственные