Петр Григорьевич Григоренко. В подполье можно встретить только крыс... -
61 >
таких людях повести писать. Может быть врачи, которые сегодня прислуживают
властям во вред больным - бесчестные психиатры, посылающие нормальных людей
в психиатрички, лагерные и тюремные врачи не выполняющие свой врачебный долг
и способствующие калечению и смерти политзаключенных - вспомнили бы о клятве
Гиппократа.
Грибанов долгие годы в царское время и после революции был единственным
врачом на огромный степной район. Ночь, полночь, праздник, воскресенье, -
когда бы то ни было - он ехал, куда звал его долг. Нередко, когда он уезжал
по одному вызову, за ним приезжали из другого села или хутора. Приехавшему
сообщали где врач, и он ехал за ним или навстречу ему. И часто в дороге с
одной тачанки или брички, врач пересаживался на другую и ехал не домой, а к
новому больному. Бывало домой он не возвращался по нескольку суток, отдыхая
урывками, главным образом, в пути. Когда этот человек жил для себя - сказать
невозможно. Когда он не был на выезде - принимал больных, выезжая по вызову
в какое-либо село, он обходил всех своих пациентов - осматривал, давал
советы, назначал лекарство или изменял прежнее назначение.
Память у него была феноменальная. Врачебная эрудиция огромная. Он
выступал в роли врача всех специальностей, в том числе был замечательным
хирургом, акушером и гинекологом. Прием родов и операции он делал в любых
условиях. Люди на него, что называется, молились, несмотря на то, что внешне
вел он себя резко и даже грубо. Его губастое лицо кажется никогда не
улыбалось. Таких толстых губ я ни у кого больше не видел, кроме негров.
Губастые люди, как правило, веселы и улыбчивы. Грибанов же, даже шутил не
улыбаясь.
Юношу положили в бричку. Туда же села, осторожно придерживая его голову
и медицинская сестра. Грибанов крикнул: "Прямо в операционную!" и пошел в