Петр Григорьевич Григоренко. В подполье можно встретить только крыс... -
53 >
приходилось преодолевать семь километров - расстояние от Борисовки до
Ногайска и в обратном направлении. Отец вернулся из венгерского плена еще
весной этого года и весь ушел в восстановление хозяйства. Средств, чтобы
снять койку для меня в Ногайске у него не было. Да и рабочая сила ему была
нужна. На уроки в реальном училище, ходьбу и выполнение домашних заданий
уходило у меня около десяти часов, а рабочий день у отца достигал 16-ти
часов. Поэтому, отец сказал, что койку снимет только зимой.
Из солидарности Семен тоже не захотел жить в Ногайске, и мы,
разговаривая, незаметно преодолевали свои семь километров.
Однажды, в прекрасное солнечное утро, придя в школу, мы никого в ней не
застали. Стали расспрашивать. Установили - все пошли к собору встречать
дроздовцев.
- Значит и Володя! - обрадовался Сима. - Побежим и мы к собору! - Но
мне почему-то бежать не хотелось, хотя в то время я никакой вражды к
белогвардейцам не испытывал. Я их, попросту, не видел и не знал, не понимал
кто они и зачем идут.
Я остановился на тротуаре, неподалеку от бывшей городской думы - теперь
Ногайский городской совет.
У здания толпился народ. Как я понял из разговоров, это были родные
членов Совета, которые все до единого собрались в зале заседаний в ожидании
прихода дроздовцев, чтобы передать управление городом в руки военных
властей. Городской совет Ногайска, как и подавляющее большинство советов
первого избрания, был образован из числа наиболее уважаемых интеллигентных,
преимущественно зажиточных, а в селах хозяйственных людей. Для них важнее
всего был твердый порядок, и потому они не хотели оставить город без власти,
даже на короткое время. Входившие в состав Советов двое фронтовиков до
хрипоты убеждали своих коллег разойтись и скрыться на некоторое время. Они