Петр Григорьевич Григоренко. В подполье можно встретить только крыс... -
101 >
самим процессом труда, что ни о чем другом думать не хотел. А вот дядя
Александр - этот малограмотный мудрец - прекрасно понимал и пытался
разъяснять это мне - своему любимцу. Но я не способен был этого понять и все
дальше и дальше отходил от него. Я думал: "Ты, дядя, неправ! Но мы тебе
докажем. Мы на обширнейших территориях создадим могучие коммуны. Построим
огромные заводы. Дадим массу машин для коммун. И человек в изобилии получит
все необходимое для жизни. А главное, будет иметь много свободного времени и
сможет в полной мере наслаждаться жизнью: читать, писать, рисовать,
путешествовать, посещать театры, заниматься спортом". Вот тогда дядя сам
увидит и поймет. Разве мог я тогда подумать, что все это фантастика, что
практически дело выльется в то, что на этих обширных полях будут работать
рабы, которых будут сажать в тюрьму даже за то, что они, голодные, подберут
уроненный колосок с выращенного ими поля, которые будут десятилетиями
недоедать и даже вымирать с голоду.
Не думал я об этом, не поверил бы в такое, если бы даже кто-то сказал.
Я был весь в мечте о "светлом будущем человечества". И я хотел его
приближать. Рутинная работа в хозяйстве отца, хотя и увлекала, удовлетворить
не могла. Хотелось делать такое, что заметно бы двигало всех к коммунизму.
Те из комсомольцев, кто, как и я, мечтали о будущем, решили создать коммуну
молодежную. Представлялось все просто: заберем из хозяйства родителей свою
часть и вложим в коммуну. Но, оказалось, что по младости лет, мы выделиться
не можем, а родители наши только посмеялись над нами, когда мы им предложили
объединиться.
После неудачи с коммуной мысли мои рванулись из села: надо на село
действовать извне. Надо идти строить промышленность и из нее, как из