Ходос. Сфабрикованные процессы -
68 >
народной демократии" постепенно принимал все более четкие контуры.
Постоянно расширяя концентрические круги, вытянутые из Соньи и Фильда,
AVH преследовало только одну цель: обвинить Райка. Через неделю ежедневных
побоев Соньи уже принял логику, что косвенная "связь" с Даллесом через
Фильда политически дoлжна рассматриваться как непосредственный контакт.
Когда 26 мая его привели на очную ставку с Белой Сасом (Bela Szasz),
вернувшимся из Аргентины, это был уже внутренне сломанный человек, хотя
внешне он выглядел почти нетронутым (см. Szasz, 1986 s. 22ff). Семь дней
спустя это был уже обломок человека: впалый старческий череп, глаза,
бегающие в страхе, ноги, которые едва могли носить его скрюченное тело.
Начались серьезные пытки, для того, чтобы заставить его "разоблачить" Райка,
как американского шпиона и главу "титоистского" заговора.
Вынудить Соньи признать, что его контакты с Фильдом являются шпионской
связью было сравнительно просто. Однако в отношении Райка дело было гораздо
сложнее: лично они были едва знакомы. AVH схватилось за единственную точку
соприкосновения: Соньи был начальником управления кадров ЦК, которое
направляло друзей и соратников Райка на руководящие посты. Однако, несмотря
на все физические пытки, несмотря на арест его жены Аннушки, находившейся на
последних месяцах беременности, Соньи до конца отказывался "признаться" в
том, что по заданию Фильда завербовал Райка на службу американской разведке.
Эта стойкость оказалась не только бесплодной, но и довольно скоро
ненужной, ибо уже чeрeз двенадцать дней после Соньи был арестован сам Райк.
Здесь AVH помогло не так извращенно выраженное чувство долга, ибо
психические и физические пытки смогли вынудить Райка обвинить себя в том,