Николо Макиавелли. Государь -
66 >
ненависти у тех, кто сильнее. Вот почему новые государи, особенно нуждаясь в
поддержке, охотнее принимали сторону солдат, нежели народа. Но и в этом
случае терпели неудачу, если не умели внушить к себе надлежащего почтения.
По указанной причине из трех императоров -- Марка, Пертинакса и
Александра, склонных к умеренности, любящих справедливость, врагов
жестокости, мягких и милосердных, двоих постигла печальная участь. Только
Марк жил и умер в величайшем почете, ибо унаследовал императорскую власть
jure hereditario [по праву наследства (лат.)] и не нуждался в признании ее
ни народом, ни войском. Сверх того, он внушил подданным почтение своими
многообразными добродетелями, поэтому сумел удержать в должных пределах и
народ, и войско и не был ими ни ненавидим, ни презираем. В отличие от него
Пертинакс стал императором против воли солдат, которые, привыкнув к
распущенности при Коммоде, не могли вынести честной жизни, к которой он
принуждал их, и возненавидели его, а так как к тому же они презирали его за
старость, то он и был убит в самом начале своего правления.
Здесь уместно заметить, что добрыми делами можно навлечь на себя
ненависть точно также, как и дурными, поэтому государь, как я уже говорил,
нередко вынужден отступать от добра ради того, чтобы сохранить государство,
ибо та часть подданных, чьего расположения ищет государь,-- будь то народ,
знать или войско,-- развращена, то и государю, чтобы ей угодить, приходится
действовать соответственно, и в этом случае добрые дела могут ему повредить.
Но перейдем к Александру: кротость его, как рассказывают ему в похвалу, была
такова, что за четырнадцать лет его правления не был казнен без суда ни один
человек. И все же он возбудил презрение, слывя чересчур изнеженным и