Николо Макиавелли. Государь -
28 >
Ибо люди мстят либо из страха, либо из ненависти. Среди обиженных им были
Сан-Пьетро ин Винкула, Колонна, Сан-Джорджо, Асканио; все остальные, взойдя
на престол, имели бы причины его бояться. Исключение составляли испанцы и
кардинал Руанский, те -- в силу родственных уз и обязательств, этот --
благодаря могуществу стоявшего за ним французского королевства. Поэтому в
первую очередь надо было позаботиться кого-нибудь из испанцев, а в случае
невозможности -- кардинала Руанского, но уже никак не Сан-Пьетро ин Винкула.
Заблуждается тот, кто думает, что новые благодеяния могут заставить великих
мира сего позабыть о старых обидах. Так что герцог совершил оплошность,
которая и привела его к гибели.
ГЛАВА VIII
О ТЕХ, КТО ПРИОБРЕТАЕТ ВЛАСТЬ ЗЛОДЕЯНИЯМИ
Но есть еще два способа сделаться государем -- не сводимые ни к милости
судьбы, ни к доблести; и опускать их, как я полагаю, не стоит, хотя об одном
из них уместнее рассуждать там, где речь идет о республиках. Я разумею
случаи, когда частный человек достигает верховной власти путем преступлений
либо в силу благоволения к нему сограждан. Говоря о первом способе, я
сошлюсь на два случая -- один из древности, другой из современной жизни -- и
тем ограничусь, ибо полагаю, что и этих двух достаточно для тех, кто ищет
примера.
Сицилиец Агафокл стал царем Сиракуз, хотя вышел не только из простого,
но из низкого и презренного звания. Он родился в семье горшечника и вел
жизнь бесчестную, но смолоду отличался такой силой духа и телесной
доблестью, что, вступив в войско, постепенно выслужился до претора Сиракуз.
Утвердясь в этой должности, он задумал сделаться властителем Сиракуз и таким
образом присвоить себе то, что было ему вверено по доброй воле. Посвятив в