Николо Макиавелли. Государь -
20 >
тому, чтобы, когда вера в народе иссякнет, заставить его поверить силой.
Моисей, Кир, Ромул и Тезей, будь они безоружны, не могли бы добиться
длительного соблюдения данных ими законов. Как оно и случилось в наши дни с
фра Джироламо Савонаролой: введенные им порядки рухнули, как только толпа
перестала в них верить, у него же не было средств утвердить в вере тех, кто
еще верил ему, и принудить к ней тех, кто уже не верил.
На пути людей, подобных тем, что я здесь перечислил, встает множество
трудностей и множество опасностей, для преодоления которых требуется великая
доблесть. Но если цель достигнута, если царь заслужил признание подданных и
устранил завистников, то он на долгое время обретает могущество, покой,
почести и счастье.
К столь высоким примерам я хотел присовокупить пример более скромный, и
думаю, что его здесь достаточно. Я говорю о Гиероне Сиракузском: из частного
лица он стал царем Сиракуз, хотя судьба не одарила его ничем, кроме
благоприятного случая: угнетаемые жители Сиракуз избрали его своим
военачальником, он же, благодаря своим заслугам, сделался их государем. Еще
до возвышения он отличался такой доблестью, что, по словам древнего автора,
"nihim illi seerat ad regnandum praeter regnum" [для царствования ему
недоставало лишь царства (лат.)]. Он упразднил старое ополчение и набрал
новое, расторг старые союзы и заключил новые. А на таком фундаменте как
собственное войско и собственные союзники, он мог воздвигнуть любое здание.
Так что ему великих трудов стоило завоевать власть и малых -- ее удержать.
ГЛАВА VII
О НОВЫХ ГОСУДАРСТВАХ, ПРИОБРЕТАЕМЫХ ЧУЖИМ ОРУЖИЕМ ИЛИ МИЛОСТЬЮ СУДЬБЫ
Тогда как тем, кто становится государем милостью судьбы, а не благодаря
доблести, легко приобрести власть, но удержать ее трудно. Как бы перелетев