Николо Макиавелли. Рассуждения о первой декаде Тита Ливия -
70 >
существовавшие в Египте и в пору самой древней древности управлявшие этой
страной с помощью законов, ни государи, существовавшие в Спарте, ни
государи,
ныне существующие во Франции. Монархическая власть сдерживается во
Франции
законами более, чем в каком-либо из известных нам нынешних царств. Цари
эти,
правившие согласно конституционным законам, не входят в названный
разряд,
поскольку нам хотелось бы рассмотреть природу всякого человека, взятого
самого
по себе, и посмотреть, сходна ли она с природой народных масс, В противовес
же
названным царям можно было бы поставить массы, так же как и цари,
управляемые
законами: в этом случае мы обнаружили бы у народных масс те же
самые
добродетели, что и у царей, и увидели бы, что массы и не властвуют надменно,
и
не прислуживают рабски.
Именно таким был римский народ, который, пока Республика
сохранялась
неразвращенной, никогда рабски не прислуживал и никогда надменно не
властвовал,
но с помощью своих учреждений и магистратов честно и с достоинством
играл
отведенную ему общественную роль. Когда необходимо было выступать против
одного
из сильных мира сего, он делал это - пример тому Манлий, Децимвиры и
другие,
пытавшиеся угнетать народ; когда же необходимо было во имя общественного
блага
повиноваться Диктаторам и Консулам, он повиновался. И если римский народ
горько
сожалел о смерти Манлия Капитолийского, то особенно удивляться тут нечему:
он
сожалел об его доблести, которая была столь велика, что воспоминания о
ней
вызывали у каждого слезы. Точно так же поступил бы любой государь, ведь
все
историки уверяют, что следует прославлять всякую доблесть и восхищаться ею
даже
у наших врагов. Тем не менее если бы среди проливаемых по нему слез Манлий
вдруг