Николо Макиавелли. Рассуждения о первой декаде Тита Ливия -
7 >
правлением, народные массы с готовностью шли за всяким, кто только не пожелал бы
выступить против подобных правителей; такой человек немедленно находился
и
уничтожал их с помощью масс. Однако память о государе и творимых им
бесчинствах
была еще слишком свежа; поэтому, уничтожив власть немногих и не
желая
восстанавливать единовластие государя, люди обращались к народному правлению
и
устраивали его так, чтобы ни отдельные могущественные граждане, ни государи
не
могли бы иметь в нем никакого влияния. Так как любой государственный строй
на
первых порах внушает к себе некоторое почтение, то народное правление
какоето
время сохранялось, правда, недолго - пока не умирало создавшее его
поколение,
ибо сразу же вслед за этим в городе воцарялась разнузданность, при которой
никто
уже не боялся ни частных лиц, ни общественных; всякий жил как хотел,
и
каждодневно учинялось множество всяких несправедливостей. Тогда, вынуждаемые
к
тому необходимостью, или по наущению какого-нибудь доброго человека, или же
из
желания покончить с разнузданностью, люди опять возвращались к самодержавию,
а
затем мало-помалу снова доходили до разнузданности - тем же путем и по тем
же
причинам.
Таков круг, вращаясь в котором, республики управлялись и управляются.
И
если они редко возвращаются к исходным формам правления, то единственно
потому,
что почти ни у одной республики не хватает сил пройти через все
вышесказанные
изменения и устоять. Чаще всего случается, что в пору мучительных перемен,
когда
республика всегда бывает ослаблена и лишена мудрого совета, она
становится
добычей какого-нибудь соседнего государства, обладающего лучшим
политическим
строем. Но если бы этого не происходило, республика могла бы
бесконечно
вращаться в смене одних и тех же форм правления.