Николо Макиавелли. Рассуждения о первой декаде Тита Ливия -
27 >
видимостью мнимого блага и ложной славы, вольно или невольно скатываются в число
именно тех людей, которые заслуживают скорее порицаний, нежели похвал.
Имея
возможность заслужить огромный почет созданием республики или царства,
они
обращаются к тирании и не замечают, какой доброй репутации, какой славы,
какой
чести, какой безопасности и какого душевного спокойствия, вместе с
внутренним
удовлетворением, они при этом лишаются, на какое бесславие, позор,
опасность,
тревоги они себя обрекают.
Невозможно, чтобы люди, как живущие частной жизнью в какойлибо
республике,
так и те, кто благодаря судьбе и собственной доблести сделались в
ней
государями, если бы только они читали сочинения историков и
извлекали
драгоценные уроки из воспоминаний о событиях древности, не пожелали - те,
что
живут частной жизнью у себя на родине, быть скорее Сципионами, чем Цезарями,
те
же, кто стал там государями, оказаться скорее Агесилаями, Тимолеонтами,
Дионами,
нежели Наби-дами, Фаларисами, Дионисиями, ибо они увидели бы, что
последние
страшным образом поносятся, а первые превозносятся до небес. Кроме того,
они
узнали бы, что Ти-молеонт и другие пользовались у себя на родине ничуть
не
меньшим авторитетом, чем Дионисий и Фаларис, но жили в несравненно
большей
безопасности.
И пусть никого не обманывает слава Цезаря, как бы сильно ни прославляли
его
писатели, ибо хваливших Цезаря либо соблазнила его счастливая судьба,
либо
устрашила продолжительность существования императорской власти,
которая,
сохраняя его имя, не допускала, чтобы писатели свободно о нем говорили.
Однако
если кому-нибудь захочется представить, что сказали бы о Цезаре
неутесненные
писатели, пусть почитает он, что пишут они о Катилине. Цезарь заслужил
даже
