Лев Остерман. Интеллигенция и власть в России -
53 >
известно, что он уже выдвинут. Началось голосование. Жителям районов по
предъявлению паспорта выдавали зеленые кусочки картона (собралось около
тысячи человек). Потом по залу и фойе носили три коробки (по числу
кандидатов), куда голосующие бросали эти кусочки картона. В президиуме их
прилюдно считали. За Коротича было подано примерно 750 голосов, за Скокова
-- около 150, а за директора больницы -- совсем мало. С полсотни кусочков
недосчитались: то ли потеряли, то ли унесли как сувениры.
Некая команда из "Памяти" (человек 20--30) в зале все-таки оказалась.
Они было подняли два плаката против Коротича. Зал затопал, засвистел, стал
сканировать "Долой!" Таким образом реванш у "Памяти" был взят весьма
убедительный.
Второй зал к четверти седьмого был тоже заполнен. Здесь собрание вел
председатель окружной избирательной комиссии -- он все беспокоился о
неукоснительном соблюдении демократической процедуры. Поэтому кроме трех
первоначальных здесь было предложено еще три кандидатуры. В их числе Борис
Ельцин, которого, как мученика и жертву партийной бюрократии, выдвинули чуть
ли не во всех избирательных округах Москвы. Некая дама из инициативной
группы Коротича потребовала, чтобы наше собрание подождало, пока она из
первого зала приведет авторитетных его сторонников для представления, в
котором, разумеется, не было никакой нужды. Ожидание длилось часа полтора.
Все это время в зале царила сплошная сумятица. Поначалу вели регистрацию по
паспортам и выдавали зеленые карточки. Потом запас их истощился. Какие-то
энергичные люди добыли пачки белых листков и стали их раздавать, предлагая
каждому написать фамилию, инициалы и номер паспорта. Нашелся юрист, который
объяснил, что все это будет недействительно, так как нет времени проверить