Лев Остерман. Интеллигенция и власть в России -
52 >
принципиально. Поэтому договорились, что все (и я в том числе) закрепят с
опорой на внутренний карман пиджака металлическую пластинку, прикрывающую
левую сторону груди.
В четверть шестого мы выступили "на поле боя". Однако на всем пути до
места собрания нам не встретился ни один пикетчик (наверное, милиция им
пригрозила), а народ в том же направлении, что и мы, шел довольно густо.
Прибыв на место, обнаружили, что ворота ограды заперты, и перед ними
быстро нарастает толпа, состоящая, судя по репликам, из сторонников
Коротича. Подъехала машина, в которой находился знаменитый окулист Федоров
-- он был одним из тех, кто должен был представлять Коротича. Ворота
открыли, и вслед за Федоровым толпа прорвалась во двор. Там находилось
человек пять милиционеров и милицейская машина с громкоговорителем. Двери
здания были заперты. По своему "матюгальнику" милиционеры объявили, что зал
заполнен до отказа. Просили не высаживать мощные стеклянные двери, а
выделить уполномоченного, которого проведут внутрь и покажут, что зал
действительно полон. Еще через десять минут объявили, что выделен второй зал
на 850 мест в научном институте, расположенном неподалеку. (Не знаешь чему
удивляться: могуществу народного движения или оперативности районных
властей).
Я повел свой "отряд" в этот второй зал. Потом Лев Осипович мне
рассказал, что в основном здании толпа все же ухитрилась снять с петель
дверь "черного хода" и проникнуть в здание. Зал был действительно забит до
отказа и народ все собрание толпился в фойе, благо оно было радиофицировано.
Собрание проходило организованно. Самого Коротича не было -- он в США на
инаугурации президента Буша. Кроме Федорова его представляли Адамович,
Карякин и Евтушенко. Выступление Скокова вызвало всеобщее одобрение, но было