Лев Остерман. Интеллигенция и власть в России -
20 >
подчинении у какого-то усталого начальника, который пытается его сдержать.
Но вскоре арестовывают и этого начальника -- явно по доносу "героя" фильма.
Главный антипод тирана -- художник. Внешность Христа. Иезуитство
гонителя: он является в дом художника в сопровождении своих мрачных
подручных с подарками и с сыном -- ровесником дочери художника. Эта дочь и
станет кондитершей, которую сейчас судят.
Дети играют в четыре руки на пианино, городской голова поет тенором
итальянскую арию, восхищается картинами художника. С ужасом догадываемся,
что это -- комедия. Понимают это и художник с женой. Ночью черные стражники
его забирают, уносят и картины. Он исчезает навсегда...
Жуткая сцена, когда женщины города узнают, что на железнодорожной
станции разгрузили бревна, а на торцах некоторых бревен -- имена
арестованных -- весточки от еще живых. Жена художника с дочкой бегут туда,
но ничего не находят. Еще ряд сцен, типичных для того времени. Здесь и
отчаянное утешение женщин в разговоре друг с другом: "Ошибка -- разберутся",
и очная ставка в застенке художника с бывшим усталым начальником. Последний
заявляет следователю, что работал на врагов, имел задание прорыть туннель от
Бомбея до Лондона, что список из двух тысяч человек -- его сообщники.
Оставшись наедине с художником, объясняет ему свой замысел: как можно больше
нелепицы и как можно больше обвиняемых -- тогда "наверху" поймут, что это
чепуха. Между тем сам он сходит с ума... Художник на дыбе, палачам не
поддается -- молчит. Тем временем арестовывают его жену, увозят в тюремной
карете, отрывают от нее дочку...
И снова зал суда. Закончив свой рассказ, женщина требует, чтобы труп
злодея был брошен на растерзание воронам. Похороны в земле -- умиротворение,