Лев Остерман. Течению наперекор -
31 >
Впрочем, "роман" Таси с Олегом тоже не состоялся. Вскоре она перешла в
другую школу. Потом весьма удачно вышла замуж за дипломата. А Олег погиб на
войне.
В комсомол тогда принимали с 14-ти лет и далеко не всех желающих. Нужно
было успевать по всем предметам, иметь солидный багаж "общественной работы"
и еще выдержать при приеме основательный экзамен по политграмоте.
Комсомольские группы в классах состояли из 8-10 человек, то есть в среднем
около одной четвертой части учеников. Меня принимали в начале 38-го года.
Члены комитета комсомола школы нам, восьмиклассникам, казались чуть ли
не небожителями. Я до сих пор помню их лица и даже имена некоторых из них:
Валя Королев (секретарь комитета), Алик Кузнецов, Эмиль Разлогов, Стасик
Станевич, Боря Медведев... А ведь ни разу не встречался ни с одним из них
после окончания школы.
В восьмом классе "имел место" эпизод, едва не оборвавший мою только что
начавшуюся биографию:
...Ранняя весна. Большая перемена. Тепло. Все три больших окна нашего
класса распахнуты рамами внутрь. Мы на 4-м этаже пристройки к главному
зданию школы. Окна выходят в Петровский переулок. Сразу под окнами -
наклонный железный карниз шириной около двадцати сантиметров, обозначающий
начало надстроенного этажа. Сейчас этот карниз еще покрыт слоем снега
толщиной в 3-4 сантиметра. Я берусь на спор пройти по этому карнизу из
одного окна в другое. Расстояние между оконными проемами довольно велико.
Оказавшись посередине, не сможешь достать раскинутыми руками ни одного из
них.
Осторожно вылезаю из окна, пробую ногой снег на карнизе. Похоже, что он
лежит плотно. Встаю во весь рост лицом к стене. Левая ступня - вдоль
карниза, правая - под углом к ней (иначе не станешь). Далеко внизу сереет