Лев Остерман. Течению наперекор -
11 >
стать полноправным членом дворового братства, было подняться по этой
лестнице на крышу. Боже, как это было страшно! Главное - надо было не
смотреть вниз, а сосредоточить все внимание на проверке рукой каждой
следующей перекладины - не прокручивается ли. На опасную перекладину надо
было по-особому, точно сверху, ставить ногу. Но посмотреть вниз так и
тянуло! И если ты не мог побороть это искушение, а находился уже достаточно
высоко, то простиравшаяся под тобой 10-15-метровая высота над асфальтом
заставляла замирать сердце. Еще труднее было спускаться. Здесь поневоле
приходилось смотреть вниз, дотягиваясь ногой до очередной перекладины, и
ногой же проверять ее подвижность. Вы скажете, что можно было раз и навсегда
установить порядковые номера опасных ступеней. Но поверьте мне, находясь
высоко на этой лестнице, вы не сумели бы досчитать до десяти. Обсуждалось
предложение пометить краской вращающиеся перекладины. Оно было отвергнуто
сообществом, как снижающее ценность испытания.
Так вот. На высоте 3-го этажа лестница крепилась к стене дома двумя
железными прутьями квадратного сечения со стороной не более чем 2 сантиметра
и длиной около 3-х метров. Один из прутьев подходил прямо под окно общей
кухни нашей квартиры. Мишка вылезал из этого окна с балалайкой в руке,
становился на прут и проходил эти три метра, играя на балалайке!!
Другим "героем лестницы" был Ника Гринштейн (по прозвищу "сруль", в
чем, однако, не подразумевалось ничего обидного). Нике было лет десять. Он
был маленького роста, на вид щуплый, но жилистый и сильный. Ему одному
удавалось подняться по лестнице до самой крыши на одних руках, подтягиваясь
и перехватывая перекладину за перекладиной. За это его уважали даже старшие