Лев Остерман. Течению наперекор -
10 >
Передний двор был асфальтирован и в детстве казался огромным. Когда я
теперь захожу туда при случае, то каждый раз поражаюсь: какой он крошечный!
А в самом его центре, пробившись сквозь асфальт, выросло огромное дерево.
Кстати, заходить приходится через двор соседнего дома No 12. Помойка давно
исчезла, но зато туннель главных ворот нашего дома в первый же год
"перестройки" захватил какой-то предприимчивый торговец и устроил в нем
ювелирный магазин с витриной на улицу. Если бы его очаровательные
покупательницы знали, сколько под полом этого роскошного магазина находится
засохшей мочи пьянчужек, непрестанно посещавших в наше время темную
подворотню!
Жило население двора дружно - без ссор, дразнилок и потасовок. Старшие
опекали и обучали младших. Последние в самом раннем и нежном возрасте
узнавали все матерные слова и выражения, не всегда понимая их смысл. В этом
плане бывали и свои "художественные перлы". К примеру, такой:
"Барышни-фрейлины в царскосельском саду перекликаются с лицеистами: Пушкин,
Пушкин, где Вы? - Во мху я".
Попробуйте произнести все это быстро с характерной для московского
говора заменой буквы "о" на "а"...
Национальные различия никого не интересовали. Антисемитизма не было и
следа. "Королем" двора был единодушно признан Мишка Вядро, и вот за какой
недоступный более никому подвиг.
Главным инструментом для испытания мужества служила железная пожарная
лестница. Она круто поднималась до самой крыши лицевого строения. Низ ее не
был закрыт досками, а круглые черные перекладины толщиной в палец довольно
далеко отстояли друг от друга. Некоторые из них отвратительно прокручивались
под ногой. Первым испытанием для новичка, достигшего лет восьми и желавшего