Лев Остерман. Сражение за Толстого -
66 >
все, написанное Толстым..." Составители "Биохроники" Ленина слово
"решительно" опустили. Любопытно бы знать почему? Какие-то сомнения у них
были? Ну а сам Николай Сергеевич приводит какое-нибудь подтверждение своим
словам? Да! В конце цитируемого абзаца он пишет: "Об этом свидетельствовал
присутствовавший при разговоре Ленина с Чертковым В.Д. Бонч-Бруевич в статье
"Ленин и культура". В этом статье автор отмечает, что Владимир Ильич сам
лично вырабатывает программу издания полного собрания сочинений Л.Н.
Толстого" ("Литературная газета", No 4, 21 января 1940 года). Иду в
Историческую библиотеку, выписываю "Литературку" за 1940 год. Статья
Бонч-Бруевича имеется, но в ней фигурирует только утверждение, что "Владимир
Ильич сам лично вырабатывает программу..." А о директиве Ленина, чтобы
печатать все - ни слова. Да и присутствовал ли Бонч-Бруевич при разговоре
Ленина с Чертковым? Почему об этом не упомянуто в "Биохронике", где отмечено
даже, что беседа началась в 10 час. 45 мин.? Бонч-Бруевича уже нет в живых,
а кто станет проверять указанную ссылку?
Рискованный шаг! Но на дворе уже 1958 год и научным сотрудникам
Института Маркса-Энгельса-Ленина, видимо, лень отыскивать "Литературку" 1940
года.
Ну а в своих устных переговорах с ЦК в 30-е годы Николай Сергеевич тоже
ссылался на свидетельство Бонч-Бруевича? Не исключено! По этому поводу,
возможно, имелось согласие самого Бонч-Бруевича. Ныне не всем известно, что
сотрудник ленинской "Искры" и управделами Совнаркома был специалистом по
Толстому, инициатором создания Толстовского музея, а в 1935 году - его
директором.
В качестве члена Госредкомиссии он отрецензировал и обработал 69 томов
Полного собрания сочинений Толстого. Ради Льва Николаевича он мог и