Лев Остерман. Сражение за Толстого -
51 >
сильное впечатление. "Духом Черткова" повеяло. Назад с яблоками возвращались
на телеге на станцию Засека. Ночью при луне 4 часа ждали поезда.
Сильное впечатление от Ясной Поляны. Голос Льва Николаевича через
граммофонные пластинки. Мне Ясная Поляна всегда помогала в делах:
1) В 1928 году, когда начал работать по Толстому. Жил там 5 дней.
2) Осенью 1935 года ездил туда с покойным Н.К. Муравьевым и писателями.
3) В мае 1936 г. - с Талечкой. Несмотря на то, что там заболел, - это
лучшее пребывание в Ясной - в тишине и сами с собой. Последние две поездки
тогда, когда мне пришлось дело Вл. Гр-ча по изданию писаний Л.Н. Толстого
подхватить в свои руки.
4) Теперь, когда новые руководители Гослитиздата простерли свои длани
на его писания, а мне пришлось их отбивать и активно защищаться, Ясная
Поляна очень помогла".
Умиротворение, вывезенное из Ясной длится недолго. Вскоре Лозовский
совершает новый "акт агрессии". 5-го октября из библиотеки Толстовского
музея вывозят в ГЛИ девять вышедших ранее томов. Их тоже раздают "своим"
рецензентам. Николай Сергеевич в недоумении: А это зачем? Отправляется в
музей выяснять, что за тома. Еще раз сверяет (в дубликатах) ленинские цитаты
о Толстом. Все верно. В недоумении и тревоге говорит по телефону с членами
Госредкомиссии Бонч-Бруевичем и Лупполом. По их просьбе направляет в ГРК
официальный протест. Ему невдомек, что Лозовский ищет "огрехи" не столько
комментаторов и редакторов, сколько самого Толстого. Ищет и находит!
Выписанная мной выше "контрреволюционная" цитата, к примеру, взята из тома
No 36, вышедшего в 1936 году. Теперь у Лозовского есть козыри и против самой
ГРК - пропустили! Можно действовать смелее.
Последние записи в дневнике Николая Сергеевича напоминают сводки с