Лев Остерман. Сражение за Толстого -
31 >
дома и даже произвел ремонт помещений.
В апреле 1921 года, после недавней встречи с Лениным, Чертков был
полон
радужных надежд, и, как он сам потом вспоминает, предложил Николаю
Сергеевичу включиться в работу руководимой им группы пионеров Издания.
Но как раз в начале апреля того же 1921 года, был издан тот самый
разрешительный декрет Совнаркома. Поэтому Николай Сергеевич, как кооператор,
тоже был преисполнен радужных надежд и, не без колебаний, отклонил
предложение Черткова. Это отнюдь не привело к разрыву его близких отношений
с Владимиром Григорьевичем, о чем свидетельствует такая запись в том же
дневнике, датированная уже 17 сентября 1928 года:
"...Мое глубокое убеждение, сложившееся путем наблюдения и до некоторой
степени непосредственного участия в его работе и жизни на протяжении 8 лет,
заключается в том, что когда В.Г. один, без постоянного возбуждения его
нервов со стороны его близких и окружающих, он гораздо мягче и мудрее
разрешает все вопросы..."
К середине 1928 года свободная кооперация заканчивала свое
существование. Поэтому вполне естественно, что вскоре после подписания
договора с Госиздатом Чертков снова приглашает Н.С. Родионова полностью
включиться в работу по изданию, а Николай Сергеевич это предложение с
благодарностью принимает.
Из дневника Н.С. Родионова. 22 мая 1928 г.
"Был у Вл. Гр. В Лефортовском и имел следующий с ним разговор:
В.Г. - Я тебя прошу заняться редакторской работой, и мне кажется,
ты не
можешь и не должен от этого отказываться. То, что у тебя нет опыта, как ты
говоришь, значения не имеет, т.к. достаточно быть грамотным и с головою,
чтобы делать это дело. Я знаю, что у тебя это выйдет прекрасно.