Лев Остерман. Сражение за Толстого -
20 >
Отец - военный инженер рано покинул семью и жил в Москве. Детей вырастила
мать - женщина демократических убеждений и передовых взглядов на воспитание.
Принадлежащие имению земли арендовали крестьяне деревни Ботово и близлежащих
сел: Матвейково, Косминки и Алабуха. Условия аренды, по-видимому, были
льготные и отношение крестьян к помещице дружественное. Об этом
свидетельствует тот редкостный факт, что после революции по постановлению
волостного крестьянского схода верхний этаж помещичьего дома был оставлен в
пожизненное владение его бывшей хозяйке. А на ее похороны в 1920 году
собралось множество крестьян из окрестных деревень - могила была сплошь
засыпана полевыми цветами.
Детей своих "барыня" воспитывала по-спартански. Николай Сергеевич
вспоминает, что в грозу с молниями и громом малышам разрешалось нагишом
бегать перед домом под проливным дождем. В три года мать посадила его на
лошадь без седла и сказала: "поезжай"... Очень поощрялась и дружба с
крестьянскими детьми. Большую часть времени мальчики Родионовы проводили в
деревне, участвуя на равных в играх и делах деревенской ребятни: зимой в
катании на салазках, летом - в купаньях, сборе ягод, поездках в "ночное" -
на выпас лошадей. Гимназистом, приезжая на лето в Ботово, Николенька
Родионов едва ли не каждый день ходил в деревню к своим знакомцам.
Уже незадолго до своей кончины, в 1957 году Николай Сергеевич
записывает в дневнике:
"...Вот опять вспомнилось Ботово, и в частности Онофрий Бубнов. Он
очень любил лошадей, служил кучером. Как-то поздней осенью, вечером иду в
темноте мимо конюшни и слышу странные звуки - всхлипывания с причитаниями.
Онофрий только что приехал со станции, кланяется в землю и плача