В.П.Козлов. Обманутая, но торжествующая Клио (Подлоги письменных источников по российской истории в XX веке) -
94 >
характере, неизменно приводившем к конфликтам с окружающими людьми. Помимо
усталости было и нечто такое, что заставило его отчаянно покинуть любимый
сибирский край, с которым он связывал свои честолюбивые надежды, устроиться
скромным преподавателем физической географии в Самарканде и молчать, долгие
годы молчать.
Впрочем, не всегда. Сохранился ряд документов, характеризующих странный
эпизод в жизни Анучина первых послереволюционных лет.
21 марта 1921 г. Томская губернская чрезвычайная комиссия сообщила
Ф.Э.Дзержинскому о том, что два дня назад гражданин Анучин обратился в ЧК и
в губернский партийный комитет. Суть обращения заключалась в следующем.
Некое доверенное лицо белогвардейского барона Унгерна доставило ему письмо
последнего. В этом письме от имени военного командования Анучину
предлагалось "принять на себя тягостное бремя управления Сибирью", став
"Президентом Республики Сибири или Председателем Совета Министров, в
зависимости от Конституции" будущего государства. Но не только предложение
оказалось поразительным. Поражали аргументы, которые приводил Унгерн: "А)
Вы, за смертью Г.Н.Потанина, единственный человек, широко популярный в
Сибири. Вас знают буквально от Урала до Камчатки и от Монголии до
Лед[овитого] океана.
Б) При последних передвижениях наших частей по Сибири мы осведомились,
что Вас знают и о Вас любовно говорят в самых глухих деревнях.
В) С Вашим именем сильно считаются и Вам лично готовы доверять наши
друзья американцы.
Г) К Вам с глубоким уважением относится наш враг В.Ленин.
Д) Ваша идея об Азиатской Федерации имеет много друзей и горячих
сторонников в Корее, Монголии, Китае и Индии.
Е) Вы единственный, кто может объединить вокруг себя многих.