В.П.Козлов. Обманутая, но торжествующая Клио (Подлоги письменных источников по российской истории в XX веке) -
86 >
писательского, и здесь Вы ближе к народу, больше дадите широкому
кругу"[114]. Письма раскрывали обширные творческие замыслы
Анучина, в курсе которых постоянно был его знаменитый корреспондент.
"Наконец-то Вы заговорили о романе, -- заметил однажды Горький. -- Мое
мнение? Оно давно Вам известно... это превосходная мысль!
Способности у Вас большие, материалами богат как никто, -- должна
получиться прекрасная вещь. Одобряю, благословляю!"[115]
В-третьих, из писем Горького становилось известно, насколько важную
помощь оказывал ему Анучин своими мнениями о литературных, политических и
общественных процессах в Сибири и не только там. Так, например, Горький
высоко оценил размышления Анучина о социалистическом искусстве, задолго до
возникновения идеи социалистического реализма. "Мысль о том, что это будет и
не реализм, и не романтизм, а какой-то синтез их обоих, мне кажется
приемлемой, -- писал он Анучину. -- Да, возможно, это так и
будет"[116].
Но особенно важны для Горького оказались политические размышления
Анучина. "Занимается ли Сибирь вопросами внешней политики? -- спрашивал,
например, он своего корреспондента. -- Если да, было бы поучительно и
необходимо знать, что именно думают сибиряки о деятельности российской
дипломатии и администрации в Монголии, Китае и вообще на Дальнем Востоке?..
Интересно также ваше отношение к делам в Средней Азии, в частности
персидским"[117]. В другом письме Горький нетерпеливо спрашивает
Анучина: "Как Вы думаете -- надолго ли успокоились японцы и что они
предпримут в дальнейшем? Не будут ли обижать вашу прекрасную Сибирь?
Черкните пару слов и о Китае"[118]. Волнует Горького, как и
