В.П.Козлов. Обманутая, но торжествующая Клио (Подлоги письменных источников по российской истории в XX веке) -
76 >
Несмотря на то что оба ученых остались каждый при своем мнении, в
последующей литературе "постановления" либо прямо рассматривались как
подлог, либо использовались с обязательной оговоркой относительно
возможности их фальсифицированного характера[96].
В настоящее время фальсификация "постановлений" очевидна.
Во-первых, автор фальсификации не знал подлинного устройства высших
органов партийного руководства: все постановления у него названы
"постановлениями Политбюро ВКП(б)", тогда как высший партийный орган всегда
назывался "Политбюро ЦК ВКП(б)". Во-вторых, в своем творческом запале он
употреблял выражения, просто немыслимые для решений высшего органа партии.
Понятно, когда Политбюро ЦК ВКП(б) оценивало как "сговор", например,
договоренности Германии и Франции. Но пролетарская идейность и партийность
просто не позволили бы в официальном партийном документе, пусть и совершенно
секретном, употреблять аналогичное выражение в отношении поисков союзников
СССР, договоренностей, например, с Великобританией, Ватиканом, Германией,
Францией, -- но именно на "сговор" с этими государствами нацеливают решения
Политбюро руководство советской внешней политики. Фальсификатор в данном
случае не смог скрыть своего "классового лица", поскольку такие союзы для
него выглядели именно как "сговоры". В-третьих, в настоящее время нам
известны подлинные постановления Политбюро ЦК ВКП(б), в том числе и за
1934--1936 гг. Ни по характеру рассматривавшихся вопросов, ни по форме, ни
по стилистике они не имеют абсолютно ничего общего с "постановлениями
Политбюро ВКП(б)": это сугубо деловые, сухие записи, лишенные какой-либо
риторики и многословия, с конкретными поручениями конкретным ведомствам и