В.П.Козлов. Обманутая, но торжествующая Клио (Подлоги письменных источников по российской истории в XX веке) -
7 >
немецкого.
"Милый друг... Вы меня спрашиваете, почему тон моих писем, или, вернее
говоря, моих переговоров с Вами не так уж оптимистичен и спокоен, каким он
был до сих пор. Я думаю, если бы мы опять встретились друг с другом, то
удивитесь Вы еще более той перемене, которая произошла во мне и которая
невольно отражается в моих письмах. Представьте себе человека, который в
течение трех лет, изо дня в день, из часа в час, делает ту же самую работу,
не имя ни минуты для себя и не имея возможности оторваться от этой громадной
работы, которая поглощает все время, все силы и всю энергию. Все чаще и чаще
вспоминаются мне счастливые дни в Цюрихе, когда мы вели длинные разговоры о
предстоящем социальном сдвиге, о неизбежности социального переворота и о тех
фазах изменения общественных форм, какие вызовет неизбежно революция. Ваш
практический ум часто меня возмущал своей холодной критикой, так как он не
соответствовал по моим взглядам реальной действительности, которой я и мои
единомышленники посвятили все свои силы и понять каковую, нам казалось, мы
сумели. Вы, практики, даете себе отчет обо всем, что вас захватило, Вы
видите в жизни один единственный путь, по которому должны идти реалисты,
создающие жизнь. Вы признаете, что каждое дело должно рассматриваться с
узкоэгоистической точки зрения в Ваших интересах и выгод[ах]. В то время как
Вы никогда не углубляетесь в окружающую Вас среду и никогда ею не
интересуетесь, если она Вам бесполезна, Вы считаете правильным для своей
эгоистической морали жить только самим и завоевывать, бросая слабейшим лишь
крохи, которые Вам не нужны, не считаясь с тем, достаточны ли эти крохи или
нет. Если Вы еще помните, а, судя по Вашим письмам, Вы это не забыли, наши
разговоры в читальне Цюриха и позднее в Женеве, где Вы с пеной у рта