Библиотека политолога

61 >

жизнь и атмосферу, была достаточно осведомлена. Во-вторых, она действительно
выступила  мемуаристкой.   В-третьих,  не   без  остроумия  авторы   подлога
попытались  связать  "тетрадь номер  один" --  подлинный  документ, вышедший
из-под пера Вырубовой  и фигурировавший в официальном  судебном процессе, --
со  своей подделкой,  от  чего  последняя  более  убедительно  выглядела как
подлинный документ.
     Вся  совокупность   элементов  "прикрытия"   фальсификации,  богатейший
фактический материал говорят  о том, что  перо  фальсификатора находилось  в
руках  историка-профессионала,  не  только  прекрасно  ориентировавшегося  в
фактах  и  исторических  источниках  рубежа  двух  столетий, но и владевшего
соответствующими   профессиональными   навыками.  Уже   первые   критические
выступления  намекали  на  фамилию  известного  литературоведа  и  историка,
археографа и  библиографа П.Е.Щеголева.  В  этом трудно усомниться и сейчас,
хотя  документальных  подтверждений  этой догадки до сих  пор обнаружить  не
удалось.

Глава 4. "Постановления" кремлевских мудрецов

     Документы, о которых речь пойдет  ниже, стали известны на Западе в 60-е
годы,  т.е. намного  раньше того, как  о них узнали в СССР,  хотя  по своему
содержанию они  оказались  связанными  именно с СССР.  Но,  конечно, не  это
обстоятельство придало им особую значимость в глазах мировой общественности,
после  того  как  они  были  легализованы  и  стали  предметом  исторических
исследований[76]. Поражали, прежде всего, их вид и происхождение:
это были  постановления заседаний Политбюро ЦК ВКП(б), высшего  руководящего
органа партии, ни один из созданных документов которого,  исключая документы
сугубо  официального  политико-организационного   характера,  до   недавнего

Следующая

61 >