А.Авторханов. Технология власти. -
94 >
Караваев и др.) и один член бюро МК (Бауман) предложили созвать внеочередное
заседание бюро вместе с руководящим активом для важного заявления. Угланов,
который был одновременно и секретарем ЦК, допытывался узнать, в чем дело, но
ему ответили, что об этом будут доложено на самом заседании. Когда же по
этому поводу Угланов обратился в ЦК, то Молотов (Сталин будто бы
отсутствовал), предварительно заметив, что ЦК не в курсе дела, разъяснил -
каждый член МК, как и ЦК, имеет право требовать созыва заседания. ЦК, со
своей стороны, охотно пришлет своих представителей на это заседание, если
названные члены МК имеют сказать что-либо важное.
Угланов назначил заседание на 10 часов вечера. На заседание явились
Сталин, Молотов, Каганович и целая группа членов МК и "активистов", не
являющихся членами бюро. С самого начала члены МК поставили вопрос
о разрешении последним присутствовать на заседании бюро. Котов и
Резников это предложение отвели. Бауман (он был и шефом деревенского отдела
МК) поддержал. Молотов вмешался в дело и сказал, что это нарушение духа
"внутрипартийной демократии", если "актив" МК на основании буквы партийного
порядка не может присутствовать здесь. Стало ясно, что члены МК и актива
явились не зря. Резников продолжал протестовать, но Угланов согласился и
открыл "заседание бюро МК совместно с руководящим активом". Булганин,
который тогда работал директором Московского электрозавода, но всегда
числился в "активе чекистов", попросил слово для "заявления группы членов МК
и ЦК о работе правых в московской организации". В заявлении подчеркивалось,
что в московской организации, во главе важнейших учреждений и предприятий, в
исследовательских институтах и вузах, в ряде районных комитетов и даже в