А.Авторханов. Технология власти. -
24 >
которая отрезвляюще действовала на пьяных и опьяняюще на трезвых, равновесие
было бы давно нарушено.
Она вовремя почувствовала нарождающуюся угрозу и, торжественно вручив
каждому по бутылке нарзана, пригласила нас в гостиную послушать музыку и
сама села за рояль.
- Что же вам сыграть, друзья? - обратилась она кнам, перебирая ноты.
- Похоронный марш! - невозмутимо ответил Сорокин. Слова его потонули в
веселом хохоте, а "Генерал"еще приговаривал - "гениально, гениально!"
- Охотно, Ваня, только скажи, кого же мы собираемсяоплакивать,-
спросила хозяйка не то с досадой, не то с сочувствием.
- Жалкую гибель великой революции! - ответил полутрезвый Сорокин.
Это был первый звонок к полному отрезвлению. Люди сразу стали
задумчивыми. Холодный душ сорокинских слов будто смыл хмель сорокаградусной
"рыковки". Даже военный приуныл, покачивая головой.
- Это горькая истина! - читал я на его лице.Зинаида Николаевна
поддалась общему настроению и, начав с "Реквиема" Моцарта, перешла к
увертюре "Прометей" Бетховена.
Но дамы запротестовали. Супруга "Наркома", одна из тех, которых
бессмертный Гоголь назвал "дамой приятной во всех отношениях", так и
заявила: "Что же это, мы собрались отпраздновать день рождения Зинаиды
Николаевны или устроить кладбищенский концерт?" При этих словах она подошла
к хозяйке и властно прибавила: "А ну-ка, дорогая, не мучайте рояля и гостей,
а уж лучше слушайте!"
Она заняла место за роялем. Под собственный аккомпанемент она исполнила
несколько романсов Бородина и Чайковского. Сыграла она, действительно,
виртуозно, и награждалась каждый раз шумными аплодисментами гостей. Мы вновь
вернулись к жизни. Жена "Наркома" исполнила и несколько революционных песен.