В.А.Авксентьев, И.О.Бабкин, Н.П.Медведев, А.Ю.Хоц, В.В.Шнюков. Ставрополье: этноконфликтологический портрет -
20 >
реальности действие мезопричин обычно обнаруживается аналитиками и
политиками лишь тогда, когда их конфликтогенное влияние становится очевидным
и формирование предконфликтной и конфликтной ситуации приобретает
необратимый характер.
Наконец, третий, более очевидный уровень, причин этнических конфликтов,
- микропричины, представляющие собой непосредственные мотивы участия людей в
конфликте. Именно этот уровень причинности этнических конфликтов получил
наибольшее внимание в научной литературе, что объясняется не только
современными методологическими ориентациями в общественных дисциплинах, но и
в определенной степени практикой. Детальный анализ деятельности конкретных
людей, приведшей к обострению того или иного этнического конфликта, создает
впечатление возможности принятия четких и конкретных управленческих
действий, направленных на пресечение такой деятельности либо на упреждающее
воздействие
на мотивы и поступки этих людей. Чаще всего, однако, такой подход
иллюзорен, так как представляет собой анализ лишь завершающего процесса
формирования этнического конфликта, его субъектно-деятельностный аспект.
Рассмотрим в настоящей главе более подробно один из наиболее
обсуждаемых в современной научной литературе и общественном мнении факторов
и причин роста социальной напряженности и возникновения этнических
конфликтов - геополитическое соперничество в регионе.
Это соперничество относится к экзогенным (т.е. внешним по отношению к
избранной нами для анализа общественной системы) факторам, создающим
определенную угрозу для политической стабильности в регионе, способствующим
актуализации конфликтов на
этнической, этноконфессиональной, национально-культурной почве.