Энвер Ходжа. Хрущевцы -
42 >
захотели как-нибудь использовать эту "легальность" против явного заговора
хрущевцев, все уже было сделано.
Хрущев и Микоян, в полном единстве между собой, сумели действовать,
противопоставить одного другому. Иными словами, они прибегли к тактике:
разделяй в Президиуме, организовывай силы путча вне его, продолжай хорошо
высказываться о Сталине, чтобы миллионные массы были на твоей стороне, и
приближай, тем самым, день взятия власти, ликвидацию противников и всей
славной эпохи социалистического строительства, эпохи победы Отечественной
войны и др. Вся эта лихорадочная деятельность (мы это чувствовали}
преследовала цель сделать Хрущева популярным в Советском Союзе и за рубежом.
Прикрываясь победами, одержанными Советским Союзом и Коммунистической
партией Советского Союза под руководством Ленина и Сталина, Хрущев все делал
для того, чтобы народы Советского Союза и советские коммунисты думали, что
ничего не изменилось, великий вождь умер, но выдвигался "еще более великий"
вождь, да какой! "Столь же принципиальный и такой же ленинец, что и первый,
и даже больше его, но зато либеральный, обходительный, веселый, полный юмора
и шуток!
Между тем оживлявшаяся ревизионистская гадюка стала изрыгать яд на
облик и дело Сталина. Вначале это они делали, не атакуя Сталина по имени, а
нападая на него косвенно.
Во время одной из моих встреч с Хрущевым в июне 1954 года он якобы в
принципиальном и теоретическом плане принялся развивать мысль о большом
значении "коллегиального руководства", о большом ущербе, который наносится
делу, когда это руководство заменяется культом одного лица, он привел мне
также отдельные цитаты из Маркса и Ленина, чтобы дать мне понять, что
сказанное им основывалось на "марксистско-ленинской почве".