Энвер Ходжа. Хрущевцы -
30 >
встреч принимали участие почти все главнейшие руководители Коммунистической
партии и советского государства. И все-таки мы ни разу не говорили о наших
соображениях по поводу столь резкого выдвижения Хрущева. Это мы считали
внутренним делом Коммунистической партии Советского Союза, полагали, что они
сами знают, что делают, и мы всем сердцем желали, чтобы дела в Советском
Союзе шли всегда на лад, как во время Сталина.
И вот настал день, когда мы оказались лицом к лицу с Хрущевым на первой
официальной встрече с ним.
Первым слово взял я. Я кратко изложил положение страны в экономическом,
политическом и организационном отношении, положение партии и народной
власти. Зная по опыту прошлогодней встречи с Маленковым, что новые
руководители Коммунистической партии и советского государства не любили
долго слушать других, я постарался изложить свои соображения возможно более
сжато, делая упор в основном на экономические вопросы, о которых два месяца
до этого мы направили советскому руководству подробное письмо. Помню, во
время моего выступления Хрущев вмешался только раз. Я рассказывал о
замечательных итогах последних выборов в депутаты Народного Собрания в нашей
стране и о проявившемся на этих выборах монолитном единстве между партией,
народом и народной властью.
- Эти результаты не должны усыпить вас, - вставил в этот момент Хрущев,
обратив внимание на тот вопрос, который мы всегда учитывали; я сам в только
что сделанном изложении подчеркнул как раз нашу работу по упрочению
единства, по усилению любви народа к партии и народной власти, по повышению
бдительности и т.д. Ладно, это уж его
право давать советы сколько ему угодно, нам не на что было обидеться.
Вслед за мной слово взял Хрущев, который с самого начала показал себя