Энвер Ходжа. Хрущевцы -
10 >
отнюдь не марксистским позициям, касавшимся насущных международных вопросов
и т.д. Хотя иногда и делали вид, будто отступают, они продолжали идти своим
путем, а мы отказывались проглотить то, что они преподносили нам; более
того, мы отстаивали свои взгляды и проводили свою внешнюю и внутреннюю
политику.
Все это помогло нам с течением времени лучше узнать позиции друг друга,
так что ни одна из сторон не верила другой стороне. Мы, с нашей стороны,
продолжали хранить дружбу с Советским Союзом, с его народом, продолжали
строить социализм в соответствии с учением Ленина и Сталина, продолжали
по-прежнему защищать великого Сталина и его дело и вести решительную борьбу
с югославским ревизионизмом. Сомнение, которое копошилось у нас в душе в
отношении советских ревизионистов, усиливалось и росло с каждым днем, ибо
Хрущев с компанией каждодневно поступали вразрез с марксизмом-ленинизмом.
Хрущев знал о наших оговорках касательно XX съезда и его политики в
отношении титовцев, в отношении империализма и т.д., но его тактика
требовала не ускорить обострение отношений с нами, албанцами. Он надеялся
воспользоваться нашими чувствами дружбы к Советскому Союзу, чтобы взять
изнутри албанскую крепость и заманить нас в ловушку посредством улыбок и в
то же время угроз, посредством каких-то урезанных кредитов, а также при
помощи давления и блокады. Хрущев и хрущевцы думали так: "Мы знаем албанцев;
как бы они ни были упрямыми, как бы они ни были запальчивыми, им некуда уйти
от нас, ибо мы крепко зажали их в кулак, так что в случае кривлянья,
неповиновения мы прибегнем к угрозе, установим против них блокаду, бойкот, а
всех тех, кто окажет сопротивление, низвергнем.
'Группа Хрущева подготовила себе этот путь, развила и углубила его,